logo
logo
07 августа 2019

Не нужна нам никакая СМЭ - вред он и в Африке вред

logo
Не нужна нам никакая СМЭ - вред он и в Африке вред

Не так давно в обзоре нормативных правовых актов мы упоминали об одном интересном судебном решении (Апелляционное определение Нижегородского областного суда от 02.04.2019 по делу № 33-3615/2019), которое касалось вполне стандартной ситуации: пациент, считающий, что ему были оказаны некачественные медицинские услуги, обратился в суд с рядом требований к медицинской организации. И все было бы «как всегда», если бы не двусмысленные выводы суда. Поэтому мы решили вновь вернуться к данному делу.

Первоочередно важно сказать, что мы не имеем доступа ни к материалам дела, ни к процессуальным документам. Все выводы делаются только на основании текста апелляционного определения, которое, как мы убеждены, далеко не в полной мере отражает картину судебного разбирательства. Более того, нам так и не удалось раздобыть решение суда первой инстанции. Однако основной посыл дела все-таки очевиден, он как раз и представляет первоочередный интерес.

Суть дела: Изначально истец обратился в суд с требованием к медицинской организации о возмещении вреда здоровью и компенсации морального вреда. Затем требования были изменены, истец потребовал расторгнуть договоры оказания платных медицинских услуг, взыскать с ответчика уплаченные по договорам денежные средства, взыскать произведенные и предстоящие расходы по устранению последствий некачественных медицинских услуг, компенсацию морального вреда, штраф в размере 50% от взысканной суммы, расходы, связанные с рассмотрением дела, и расходы по оплате консультации специалиста. Данные требования были удовлетворены, за исключением взыскания предстоящих расходов на «перелечивание».

Несогласный с таким решением ответчик обратился с апелляционной жалобой в вышестоящий суд, который полностью отказал в удовлетворении жалобы. Рассмотрим некоторые выводы и аргументы, которые суд приводил в обоснование законности решения суда первой инстанции.

Некачественные услуги и вред здоровью

Как упоминалось выше, истец изменил свои требования и отказался от требования по части возмещения вреда здоровью. Требования истца о расторжении договора, взыскании расходов на «перелечивание» и пр. базировались на утверждении о некачественно оказанных ответчиком медицинских услугах.

При этом, некачественное оказание медицинских услуг еще не презюмирует вред именно здоровью. Однако суд по неизвестным причинам все равно рассмотрел вопрос именно о вреде здоровью с опорой на общие нормы ГК РФ по возмещению вреда. На наш взгляд, суд слишком поспешно перешел к положениям по возмещению вреда именно здоровью, не разделяя понятия вред и вред здоровью.

Почему суд пошел по такому пути - для нас неведомо. Могут быть разные причины. Например, в процессуальных документах истца все же было указание, что некачественные медицинские услуги привели именно к причинению вреда здоровью. Или же, как вариант, суд просто вышел за пределы исковых требований. Однако отсутствие смэ в любом случае оставляет ряд вопросов, о чем далее.

Зачем СМЭ, если есть медицинская карта

По делу не была проведена судебно-медицинская экспертиза, хотя ее проведение изначально планировалось. Как известно, именно в рамках СМЭ устанавливается вред здоровью. Например, та же экспертиза качества медицинской помощи не определяет вред здоровью, а направлена лишь на выявление нарушений при оказании медицинской помощи, оценку своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата. ЭКМП последние годы стала нередко приниматься судами в качестве надлежащего доказательства некачественно оказанных медицинских услуг, однако данная экспертиза не дает и не может дать суду основания для квалификации вреда здоровью.

Вывод о некачественных медицинских услугах был сделан судом на основании следующих доказательств:

  1. Акт проверки ответчика ТО Росздравнадзора (в акте было обозначено, что в медкарте отсутствуют данные внешнего осмотра и состояния полости рта пациента, отсутствует ортопедический диагноз и план ортопедического лечения, нет данных рентгенологического обследования до и после оперативного вмешательства, имеются разногласия в объемах выполненных мед. вмешательств, лечение проводилось с отклонением от Клинических рекомендаций, ведение медицинской карты не соответствует приказу Минздрава СССР от 04.10.1980г.
  2. Выводы внештатного специалиста (эксперта) ТО Росздравнадзора по Нижегородский области (которые согласуются с выводами, изложенными в акте проверки ТО РЗН).
  3. Консультативное заключение врача стоматологической поликлиники ФГБОУ «Нижегородская государственная медицинская академия Минздрава России», доктора медицинских наук, профессора Б.Н. от 28.07.2017г.
  4. Выпиской эпикриз и медицинская карта истца из другой клиники, где истец проходил лечение после получения некачественных медицинских услуг у ответчика.

Таким вот образом суд подошел к разрешению данного дела. Конечно, СМЭ не является единственным возможным доказательством и суд действительно вправе установить юридически значимые обстоятельства на основании совокупной оценки представленных доказательств. Однако важно, что доказательства не могут быть какими угодно, особенно если ставится вопрос о вреде здоровью, определение которого является прерогативой судмедэкспертизы, которая напомним по делу не проводилась.

Возможно, в исходе дела немаловажную роль сыграл и тот факт, что доводы и контраргументы ответчика были объективно слабы. Справедливости ради отметим, что зачастую правильная позиция суда выстроена на предложенных сторонами требованиях или соответствующих возражениях.

Будьте в курсе всех новостей.
Подписывайтесь на новости.
Комментарии 0
Самая широкая база знаний по медицинскому праву.
Еще более 1600 статей.
Комментарии